Мы хотим показать и доказать, что и с инвалидностью можно жить классно! Часть 3
На прошлой неделе мы беседовали с Мариной и Дарьей о трудностях и успехах бизнес-проекта создания адаптивной одежды. Завершаем интервью разговором о лучшем мировом опыте, о зарубежных рынках адаптивной одежды, об отношении к людям с инвалидностью в разных странах и о господствующих в России предрассудках, на борьбу с которыми замахнулись наши героини.
![](/storage/upload/images/news_and_promo/news1701677721.jpg)
Третья часть интервью; вторую часть см. здесь Часть 3. Оглядываясь на мировой опыт Поговорим о зарубежном опыте. Есть у кого поучиться? Дарья. Сначала мы вдохновились компанией Tommy Hilfiger – это большой бренд одежды, и с 2016 года они запустили отдельную адаптивную линейку для людей с различными видами инвалидности. Знакомились и с другими брендами. Покупали, смотрели, щупали. Везде свои нюансы. Многие хотят производить что-то универсальное. Скажем, джинсы, которые подошли бы всем, не только человеку в коляске. Но такие изделия не очень хороши в посадке и не на каждую фигуру подойдут. Марина. Похожие проекты есть во многих странах: в США, в Англии, Австралии, Бразилии, Испании, Франции. Многие фокусируются на одном типе продукта. Например, на куртках для людей в колясках. Или на джинсах. Кто-то делает футболки или изделия для спорта. Это небольшие компании, и многие их основатели начинали, как и мы: либо с собственной жизненной истории, либо с историй друзей. В Германии есть компания, специализирующаяся на джинсах. Она существует уже лет пятнадцать, отлично развивается, ее продукция хорошо расходится в Европе. В Австралии один бренд одежды нанял недавно человека с тетраплегией – и они начали делать больше одежды для людей на колясках. Люди покупают такую продукцию, даже если она дороже. Глядя на то, как развиваются аналогичные бизнесы в других странах, мы понимаем: и у нашего проекта есть потенциал. Но также мы видим, что в России такие начинания идут сложнее, чем в других странах. В нашем обществе другое отношение к людям с инвалидностью. И отношение людей с инвалидностью к себе тоже другое. Многие свыклись с тем, что находятся на задворках жизни. Мы же хотим показать и доказать, что и с инвалидностью можно жить классно. Что можно носить одежду, в которой ты не только хорошо смотришься на фотосессии, но и в повседневной жизни в ней удобно и комфортно. Что ее можно самостоятельно снимать и надевать. Да, она дороже. Но зато каждый день ты себя отлично в ней чувствуешь. И это только начало, только первый наш шаг. В Европе, если человек получает травму, общество обращается к нему примерно с таким мессиджем: забывай свою прежнюю жизнь и начинай жить по-новому. Вот тебе адаптированная машина, адаптированное жилье, адаптированный спортзал. Им помогают, рассказывают, показывают. У нас по-другому. У нас общество как бы говорит такому человеку: занимайся собой, занимайся реабилитацией! И люди много-много лет после травмы продолжают активно реабилитироваться. И часто забывают, что нужно не только реабилитироваться, но также и жить. Нашей одеждой мы хотим вдохновлять людей на то, чтобы они получали удовольствие от жизни каждый день. Хотим, чтобы они знали: жизнь на коляске можно сделать намного проще. Не обязательно мучиться и покупать в магазине одежду на два размера больше, которая сидит на тебе как мешок с картошкой. Можно купить наш адаптивный костюм, который создан специально для тебя. Когда люди купят первые наши костюмы и наденут их, они почувствует огромную разницу. Когда не обнажаются части тела, когда ты наклоняешься, чтобы поднять что-то. Когда ничего не торчит, нигде не задувает, нигде не образуются лишние складки. Для нас очень важно, чтобы разошлась первая партия, чтобы люди начали это носить и говорить об этом. Я по себе знаю, насколько это меняет отношение к жизни, насколько вдохновляет жить здесь и сейчас. Разница в отношении к людям с инвалидностью у нас и на Западе – это о чем? О рынке? О государственной поддержке? Об отношении общества в целом? Марина. Прежде всего это отношение общества, все остальное – лишь следствия. Мы с Дашей много путешествовали по Европе – и мы видели огромную разницу в отношении людей. И в том, как устроена среда. Мы и на автобусах ездили, и в театры ходили, и в кафе, и в фитнес-клубы. Там городская среда гораздо более адаптирована под людей с инвалидностью. В разных странах, в разных городах, даже в разных микрорайонах ситуация разная, и с неудобствами можно столкнуться везде. У меня есть подруга в Амстердаме, и когда я ее навещала, то два с половиной часа не могла найти туалет. Там старые здания, и не удавалось спуститься ни в одно кафе. В итоге кое-как, по картам, нашли кинотеатр и направились туда. Но в целом европейская инфраструктура для людей с инвалидностью гораздо лучше нашей. Там и в автобусы гораздо проще попасть, и в метро много приспособленных под коляски станций. В московском метро - очень мало станций, которые оборудованы лифтом или вагонов приспособленных для людей на колясках. Нужно договариваться, искать пути объезда. К сожалению, там, где я живу, нет станций метро, в которые я могла бы легко попасть, и метро я избегаю. Да и обычные пандусы на улицах – они как бы есть, но человеку на коляске без помощника довольно сложно по ним проехать. Дарья. Мне кажется, история с пандусами у нас какая-то формальная: пандус сделали, галочку поставили и забыли. И никто потом не интересуется, удобно ли таким пандусом пользоваться. Речь не только о людях с инвалидностью, но и о мамочках с колясками. Им тоже хочется зайти в кафе, или в банк, или во Вкус Вилл, не оставляя ребенка и не вытаскивая его из коляски. С передвижением по городу на машине стало попроще. После реконструкции на некоторых улицах появились места для людей с инвалидностью, где со стороны тротуара нет бордюра. Припарковался - и можно сразу поставить коляску и ехать куда тебе нужно. Это удобно. Съезды у светофоров тоже сделаны пологими. Но, опять же, зависит от района. Нам очень понравилось, что за рубежом не создают отдельных заведений для людей с инвалидностью. Там нет отдельных фитнес-залов, нет отдельного городского транспорта. Люди на колясках могут ходить в спортивный зал или участвовать в мероприятиях вместе со всеми остальными. А то у нас много затевается проектов типа «А давайте сделаем танцы для людей с инвалидностью!» Нет, давайте сделаем танцы для всех! Люди хотят общаться со всеми, и они не должны вариться в своем отдельном сообществе, в отдельных каких-то резервациях! Есть замечательная программа для пенсионеров «Московское долголетие». Можно было бы вовлекать в нее и пенсионеров, которые передвигаются на инвалидных колясках. К сожалению, такого пока нет. Уже много лет назад в Москве и других крупных городах появились пандусы – в общественных местах, в переходах. Появились даже ведущие к лифту складные пандусы в жилых домах. Во многих местах есть специально оборудованные туалеты. Мы просто немного отстаем от Запада по времени? Марина. Рассказать вам про пандусы? Я живу в достаточно старом доме на шестом этаже. И у нас есть ведущий к лифту складной пандус. Однажды, это было зимой в 11 вечера, в механизме пандуса что-то сломалось, и я не могла подняться. Позвонила в диспетчерскую – на меня там наорали и сказали: сиди жди, когда кто-нибудь из жильцов придет. Короче, у людей, которые обслуживают это хозяйство, была истерика. И мне сказали, что я сама виновата и сама всё сломала, потому что катаюсь вверх-вниз ради удовольствия. Это было озвучено главой районным ГБУ «Жилищник». Уверена, что такое случалось не только со мной одной. Дарья. Инфраструктура для людей с инвалидностью у нас есть, хотя и не такая развитая. Но главная проблема – это персонал, который ее обслуживает. Итак, Марина, ваша миссия – помочь людям с инвалидностью жить полнокровной жизнью со всеми её радостями и приключениями. А здесь ведь главное – личный пример. Как вы живете, в чем ваше счастье, в чем драйв? Марина. Мне очень нравится то, чем мы занимаемся с Дашей. Мы видим за этим проектом большое, наполненное смыслом будущее. Нравится то, как о нас пишут. Нравится продвигать наши идеи и иногда видеть отклик. Нравится, что постепенно образуется команда. Недавно пришли две девочки, тоже с инвалидностью: у одной церебральный паралич, другая передвигается с ходунками. Мы, кстати, никогда не используем выражение «люди с ограниченными возможностями», мы говорим: «люди с инвалидностью». Так представления о людях с инвалидностью мы начинаем менять уже внутри нашего маленького коллектива. Это часть моей личной миссии: показывать и доказывать, что люди с инвалидностью – это прежде всего такие же люди. Еще я всегда любила заниматься спортом - триатлоном. И, выйдя из реабилитационного центра, я снова вернулась в спорт. И уже участвовала в чемпионате России по хэндбайку. Все, что я любила прежде, я также люблю и продолжаю делать сейчас: спорт, выходы на природу, общение с друзьями, учеба. Часто путешествую. Недавно звонила Даше из самолета: Ты знаешь, в нашем костюме я проехала по всему аэропорту – это было так удобно! Я с новой силой почувствовала, какое большое дело мы делаем, и это для меня огромное счастье. А между делом смотрю, как живут люди в разных странах, много общаюсь. И вижу, что если люди хотят получать удовольствие от жизни, они могут это делать и с инвалидностью, и без инвалидности. Главное – захотеть выйти из дома и начать получать удовольствие от маленьких вещей: от удобной одежды, вкусного кофе, спортивного мероприятия. Главное, чтобы маленькие радости были каждый день! Их можно и нужно находить несмотря на все проблемы, которыми полна наша жизнь. Юрий Пахомов